![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
yuccaGuy Deutscher. The Unfolding of Language
Спасибо![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
lena_shagina за наводку, книжка действительно замечательная. Единственный недостаток - слишком короткая.
Предыстория моих восторгов такова. На заре туманной юности, когда я жадно собирала беспорядочную коллекцию обрывков гуманитарных знаний, я прочитала также пару книг по исторической грамматике. Из них я вынесла небезосновательное ощущение, что ввиду естественной человеческой лени грамматика любого языка непрерывно упрощается и теряет стройность построения. Если отмести версию о появлении из глины Адама, уже изъясняющегося на классической латыни и еще сотне-другой разных классических языков, то возникает естественный вопрос, когда же происходил обратный процесс. За отсутствием связей в лингвистических кругах я так и не получила ответа на этот вопрос, пока не прочла книгу Дойчера. В предисловии он меня убедил в том, что этот вопрос задавать естественно и не стыдно, а далее лаконично, доступно и с юмором на него ответил. Получившаяся циклическая схема развития языка пробудила во мне дремавшее с математических времен чувство невероятной логичности и простоты конструкции, в которой, наконец, все стало на свои места.
Elizabeth Kostova. The Historian.
Толстенный триллер про профессоров, гоняющихся за вампирами, и наоборот. Вызвал ощущение "меня пугают, а мне не страшно", что, впрочем, скорее комплимент, потому что я не очень-то люблю, когда меня пугают. Но центральная тема - все же не страшилки, а интеллектуальный квест. Тем и занимательно, но все же несколько слишком суховато и академично написано, на мой вкус.
Спасибо
lena_shagina за наводку, книжка действительно замечательная. Единственный недостаток - слишком короткая.Предыстория моих восторгов такова. На заре туманной юности, когда я жадно собирала беспорядочную коллекцию обрывков гуманитарных знаний, я прочитала также пару книг по исторической грамматике. Из них я вынесла небезосновательное ощущение, что ввиду естественной человеческой лени грамматика любого языка непрерывно упрощается и теряет стройность построения. Если отмести версию о появлении из глины Адама, уже изъясняющегося на классической латыни и еще сотне-другой разных классических языков, то возникает естественный вопрос, когда же происходил обратный процесс. За отсутствием связей в лингвистических кругах я так и не получила ответа на этот вопрос, пока не прочла книгу Дойчера. В предисловии он меня убедил в том, что этот вопрос задавать естественно и не стыдно, а далее лаконично, доступно и с юмором на него ответил. Получившаяся циклическая схема развития языка пробудила во мне дремавшее с математических времен чувство невероятной логичности и простоты конструкции, в которой, наконец, все стало на свои места.
Elizabeth Kostova. The Historian.
Толстенный триллер про профессоров, гоняющихся за вампирами, и наоборот. Вызвал ощущение "меня пугают, а мне не страшно", что, впрочем, скорее комплимент, потому что я не очень-то люблю, когда меня пугают. Но центральная тема - все же не страшилки, а интеллектуальный квест. Тем и занимательно, но все же несколько слишком суховато и академично написано, на мой вкус.
