прочитано и просмотрено

[yucca]

(сейчас я наверняка оскорблю чьи-то вкусы, но просьба не обижаться - а спорить можно и всячески приветствуется)

Helen DeWitt. The Last Samurai.
После крайне восторженных отзывов нескольких френдов мне стало любопытно. Но сначала книга меня сильно раздражала. Мне показалось, что она написана исключительно для того, чтоб продемонстрировать эрудицию автора. Я люблю, когда автор не демонстрирует, а использует свою эрудицию (как Эко, скажем). Но потом книга стала потихоньку превращаться в набор интересных историй про эксцентричных гениев, связанных историей про еще более гениального (но, похоже, менее эксцентричного) мальчика. История мальчика меня тронула, а все остальные -не слишком. В общем и целом, мне показалось, писательница решила добрую британскую традицию неторопливого исследования характеров "осовременить", разбавив ее слабо связанным набором ученых ассоциаций и глубокомысленных (наверно) диалогов. Резюме - хорошая книга, да плохо написана.

И, наконец, я не выдержала и посмотрела несколько серий доктора Хауса, про другого эксцентричного гения. Ну что тут можно сказать - ясно, что на редкость удачно подобранный актер может заставить забыть обо всех белых нитках, которые торчат из сценария. Циничный и бестактный гений - фигура беспроигрышная. Женщины от такого рокового мужчины без ума, а мужчинам нравится представлять себя на его месте. В общем, ради удовольствия посмотреть на Хью Лори я бы и продолжила - но, пожалуй, лишняя информация о том, как много в мире страшных-ужасных болезней и при них с очевидностью мало докторов Хаусов, мне ни к чему.

Comments

[mike67.livejournal.com]

А мне она очень понравилась. Кажется, эрудицией она пользуется как раз похитрее Эко или Борхеса - для прерывания читательского внимания, что создает в его голове причудливый рисунок. А между этими барьерами текст все время сюжетно "разгоняется", и ты ждешь, что вот-вот начнется настоящий сюжет, когда можно будет плюнуть на тонкости и просто читать. Я давно читал, не помню - какую там музыкальную вещицу в первой, самой "сюжетной" части, героиня начинает играть, заканчивает и играет снова и снова? Эта сцена и задает структуру романа: бессмысленное повторение осмысленных частей, повторение, подобранное таким образом, что напряжение не исчезает (в отличие от бессмысленной тягомотины Тарковского). После эпизода с роялем до самого конца ждешь какой-то написанной красивым слогом семейной истории, пытаешься в уме свести сюжет, а все ломается и начинается сызнова. По сути, этот роман и есть та пьеса, которая играется снова и снова, но каждый раз по-разному. А как чувствовать эту разницу, нам говорят в эпизоде с японским пианистом. И вот эти дискретные поиски отца - это считайте все та же пьеса. Там также о том, какими разными могут быть одинаковые внешне вещи, и какими одинаковыми - внешне разные (чего опять же, раз уж все равно вспомнился, не понимал Тарковский).
Очень четко, с предельной концентрацией и на одном дыхании все сложнейшие элементы от начала до конца. Как выступление олимпийской чемпионки по гимнастике.

[yucca.livejournal.com]

Я понимаю, это действительно привлекательная схема построения романа, но при этом мне кажется, что эти барьеры занимают непропорционально много места и тематически не связаны с остальным текстом.

[mike67.livejournal.com]

Я не настаиваю, потому что это уже дело вкуса, строго говоря. Но лучше, на мой взгляд, относиться к этим барьерам, как к сознательному приему, чтобы понимать, для чего они и на какое место претендуют. А много или мало - вкус.