(no subject)
Feb. 14th, 2010 10:29 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
yuccaЗахотелось записать вчерашний сон.
Известный режиссер выходит из комнаты, то ли на киностудии, то ли в гостинице. Снаружи толпа народа, и в ней молодой, никому неизвестный режиссер, который давно пытается поймать первого, чтоб показать ему свой первый фильм. Тот, наконец, великодушно соглашается. Откуда-то снаружи я наблюдаю за этим, уже зная, что фильм по всем правилам жанра потрясет маститого режиссера. Но фильм начинается совершенно неожиданно для меня.
Черно-белые кадры - по улицам большого города, наверно, Москвы, едет в машине (такси?) пара стариков с кучей чемоданов. Понятно, что они эмигрируют. Жена при этом срезает с пиджака мужа ордена (ордена не разрешали увозить в эмиграцию). Она горько рыдает и неразборчиво что-то все время говорит мужу, почему-то на смеси польского и русского, называя его Яцеком. Тут я проснулась, обалдев от редкостного реализма этого сна и его полной загадочности.
Известный режиссер выходит из комнаты, то ли на киностудии, то ли в гостинице. Снаружи толпа народа, и в ней молодой, никому неизвестный режиссер, который давно пытается поймать первого, чтоб показать ему свой первый фильм. Тот, наконец, великодушно соглашается. Откуда-то снаружи я наблюдаю за этим, уже зная, что фильм по всем правилам жанра потрясет маститого режиссера. Но фильм начинается совершенно неожиданно для меня.
Черно-белые кадры - по улицам большого города, наверно, Москвы, едет в машине (такси?) пара стариков с кучей чемоданов. Понятно, что они эмигрируют. Жена при этом срезает с пиджака мужа ордена (ордена не разрешали увозить в эмиграцию). Она горько рыдает и неразборчиво что-то все время говорит мужу, почему-то на смеси польского и русского, называя его Яцеком. Тут я проснулась, обалдев от редкостного реализма этого сна и его полной загадочности.
